Том 2 • № 2 • 2026

Настоящая статья посвящена вопросу о существовании городов в Волжской Булгарии в X - XIII вв. В ней приводятся упоминания различных средневековых авторов и русских летописцев о таких булгарских городах, как Болгар, Сувар, Великий Город, Бряхимов, Торческ и Ошель. Проведен анализ различных версий, касающихся названий и месторасположения этих городов. Высказывается предположение о том, что возникновение и процветание этих городов тесным образом связаны с двумя факторами. Это - кардинальные изменения в международной торговле, при которых трансформировался маршрут торговых путей, и принятие булгарами ислама. Приводится возможная этимология названия города Биляр, которая, по мнению некоторых авторов, выводится из сочетания тюркских слов «ученый человек». В статье опровергается гипотеза, согласно которой название «Болгар» произошло из-за искаженного арабского произношения указанного сочетания. Отмечается, что преемственность таких городов, как Болгар и Казань, культивировалась специально при русском дворе XVI - XVII вв., с тем чтобы обосновать законность завоевания Казани. В качестве вывода отмечается, что до татарского нашествия Великий Город без сомнения был Биляром, а город Бряхимов можно отождествить с Болгаром, хотя предъявленные аргументы являются анахронизмом.

Общество изучения местного (Чувашского) края (ОИМК-ОИЧК) было первой научно-исследовательской общественной организацией в Чувашской автономной области - ЧАО (Чувашской АССР с 1925 г.). В 1920-х гг. с привлечением ученых Казани, Петрограда/Ленинграда, Москвы оно провело первые научные экспедиции, первые исследования по изучению местной природы, полезных ископаемых, археологических памятников, этнографии, языка и др. Достижения в этих областях уже нашли достаточно полное отражение в различных публикациях. В то же время Общество внесло большой вклад, до сих пор недооцененный, в деятельность по национально-культурному развитию, строительству ЧАО и Чувашской АССР, ее населения, а также и чувашской диаспоры. В статье рассматриваются важные моменты создания, функционирования Общества. Особый упор сделан на вкладе организации, ее руководства и активных членов в научное изучение чувашской национальной культуры в различных ее аспектах (устное народное творчество, прикладное, народное и профессиональное искусство, изобразительное искусство, народные песни и музыка, профессиональное музыкальное искусство, чувашская литература, чувашский театр, Чувашский центральный музей, местные музеи, чувашский алфавит, чувашская терминология, словари, охрана культурного национального наследия и т. д.). Организация и проведение в 1928 г. Всечувашского краеведческого съезда явилось этапным в деятельности Общества, но и стало поводом для критики его деятельности, обвинения в «националистическом уклоне» и гонений на его активных членов.

В статье рассматриваются вопросы исторического прошлого кипчаков и их расселения в Азербайджане и в южнорусских степях. Предпринимается попытка анализа роли кипчаков в политической и этнокультурной истории евразийского степного мира Средневековья. Источниковая база исследования состоит из письменных, археологических и историографических материалов, отражающих различные аспекты истории кипчакского мира в IX - XIII вв. Исследование основывается на принципах историзма, проведено с помощью историко-генетического и историко-сравнительного методов. В ходе работы установлено, что кочевые тюркские племена кипчаки сыграли важную роль в истории степей Евразии, оказав заметное влияние на формирование и развитие многих государств Восточной Европы и северо-западных районов Азии. В средневековых источниках арабского, персидского и грузинского происхождения они известны под именем «кипчаки», в русских летописях их называли половцами, а в византийских и венгерских хрониках того же времени - куманами или кунами. История кипчаков занимает особое место в русской, советской и мировой историографии. Несмотря на обширное исследование этой темы, влияние кипчаков на историю Евразии оценивается учеными по-разному и продолжает вызывать научные дискуссии.

В статье рассматривается трансформация функций чувашской семьи с XIX в. по настоящее время. Особое внимание уделяется полной семье. Несмотря на разнообразие этнографических трудов советского периода на эту тему, проблематика современной чувашской семьи недостаточно разработана, отсутствует материал и о ее актуальных функциях. Исследование строится на базе источников о функциях семьи советского периода и включает анализ динамики семьи, социализации детей, этнопедагогики, трансформации родственных связей, брачных обрядов, повседневной жизни, трудовой деятельности, досуга и традиций молодой семьи, а также этнодемографического развития чувашей. Чувашская семья традиционно имела патриархальный уклад. В XX в. изменились репродуктивная и экономическая функции, а материальные трудности повлияли на снижение рождаемости. Современная социализация детей включает передачу традиционных качеств (трудолюбие, послушание) и образование. Гендерные роли стираются, лидерство меняется, а часть функций переходит к другим институтам, что приводит людей к одиночеству. Семья сохраняет устойчивость благодаря эмоционально-психологической поддержке, стремлению к счастью, воспитанию детей и их защите от внешних угроз. Современная чувашская семья - сложный феномен, подверженный влиянию множества факторов. Изменения в семейной структуре и функциях влияют на социально-экономическое и культурное развитие чувашского этноса.

В статье рассматриваются аналитические формы глаголов чувашского языка, выражающие аспектуальные и акционсартовые значения, в сопоставлении с префиксальными глаголами русского языка. Актуальность работы обусловлена необходимостью уточнения семантических и функциональных характеристик аналитических конструкций со вспомогательными глаголами, а также перспективой использования результатов исследования при создании морфологического анализатора для Национального корпуса чувашского языка. Теоретико-методологическую базу составили материалы научных трудов по тюркской и русской аспектологии, примеры взяты из текстов художественной литературы. В работе особое внимание уделяется проблеме десемантизации вспомогательных глаголов и их роли в формировании дополнительных смысловых оттенков. В качестве примеров рассмотрены конструкции типа «деепричастие + вспомогательный глагол», а именно - со вспомогательным глаголом ил (брать). Автор статьи приходит к выводу, что данный глагол, утрачивая собственную семантику, выражает значения различных способов действия: начинательность, результативность, кратковременность, интенсивность и др. Установлено, что соответствующие значения в русском языке преимущественно выражаются с помощью префиксов. Категория вида в чувашском языке продолжительный период вызывала научные дискуссии. В настоящее время наличие грамматической категории вида в чувашском языке опровергается, а ее выражение в большей степени связано с вышеупомянутой аналитической конструкцией и контекстом.

В статье описываются достижения венгерского чувашеведения за первую четверть XXI в. Авторы рассматриваемых работ - наши современники - продолжают традиции своих предшественников, первых исследователей чувашских заимствований венгерского языка, анализируют различные аспекты истории волжских булгар, затрагивают вопросы авторства первой чувашской грамматики, касаются религиозно-этнографических взглядов волжских тюрков. Источником древнетюркских заимствований венгерского языка согласно новому взгляду, изложенному А. Рона-Ташем в его двухтомной монографии, является западно-древнетюркский или огурский язык, единственный живой потомок которого - чувашский язык. Сам западно-древнетюркский язык реконструируется исходя из чувашских заимствований венгерского языка. Этому способствовала реконструкция фонологической системы венгерского языка в определенный исторический период. Таким образом, возможным стало научно-историческое исследование механизмов взаимовлияния изменений в системах двух разных языков. Эти процессы прослеживаются в упомянутой работе ученого. Все авторы приведенных в статье работ обучались на кафедре алтаистики Сегедского университета (Венгрия) под руководством основателя кафедры профессора Андраша Рона-Таша или его учеников.

В данной статье рассмотрены лингвопоэтические особенности парных слов и парных образований в разносистемных языках: в чувашском и марийском. Гипотеза исследования заключалась в том, что парные слова и парные образования представляют собой устоявшиеся языковые единицы, которые выражают языковое творчество в форме поэтического акта. Цель работы - выявить поэтический потенциал парных слов и парных образований в указанных языках. Научная новизна исследования состоит в комплексном сопоставительном анализе парных слов в качестве поэтических лексических единиц. Наблюдения лингвистов показывают, что в чувашском и марийском языках парные слова используются в качестве выразительных стилистических средств. Они свидетельствуют о творческих возможностях словообразования, обладают значительным потенциалом поэтического описания действительности. Результаты исследования позволяют утверждать, что особенно явно это прослеживается на фонетическом уровне. В парных словах заложены аллитеративность и ассонантность, а также рифмованный характер морфем и всего слова. Все это придает особую музыкальность и выразительность тексту, создавая уникальные звуковые образы и эмоциональный фон.

Статья посвящена анализу творчества молодых чувашских авторов, пришедших в литературу в период с 2011 по 2020 г. Материалом для исследования стали стихотворения М. Петровой, Т. Элкея, О. Австрийской, Л. Петровой, опубликованные в отдельных книгах, на страницах журналов, в социальных сетях. Выбор авторов для исследования связан с частотой их публикаций, активностью в общественной жизни. В работе использовались описательный и сравнительный методы исследования, а также методы анализа и интерпретации, которые позволили выявить своеобразие творчества авторов, прокомментировать смысл используемых ими частых метафор и символов, проследить связь с традициями чувашской классики. Молодые авторы продолжают традиции, выработанные в чувашской поэзии на протяжении многих лет, учитывают опыт мировой литературы, выражают особый взгляд на мир, проявляют себя в поиске новых жанровых форм, образности и поэтического языка. Поэзия О. Австрийской и Л. Петровой отличается тяготением к традиционным жанрам, размерам стиха. М. Петрова и Д. Элкей предпочитают поиски новых форм, стремятся к образности языка. Для творчества молодых чувашских поэтов характерны такие жанры, как лирическое стихотворение, тавтограмма, басня, шуточное стихотворение, вольный стих, интимный, пейзажный, философский, гражданский пафос.

В статье проанализированы произведения чувашских художников, посвященные знаковым событиям в истории Чувашской Республики советского времени. Реализация исторического жанра в чувашской живописи рассматривается на материале полотен семи мастеров: Ю. А. Зайцева, А. Ф. Мясникова, Н. В. Овчинникова, Н. К. Сверчкова, М. С. Спиридонова, А. М. Тагаева-Сурбана, Р. Ф. Федорова. Исследование выполнено с помощью комплексной методологии, основанной на методах историко-культурного, художественно-стилистического и сравнительного анализа. Наибольший отклик в творчестве чувашских художников нашел период формирования чувашской государственности. Темы становления чувашской автономии, промышленного развития республики, ее колхозного строительства, подвига народа на фронтах и в тылу в годы Великой Отечественной войны заняли центральное место в их художественных поисках и получили выразительное воплощение на полотнах, позволив живописцам продемонстрировать индивидуальную манеру и сделать себе имя в художественной среде. Наряду с упомянутыми сюжетами, отдельным источником вдохновения для мастеров стал героический полет уроженца республики Андрияна Николаева в космос. Эта тема раскрывается художниками в нескольких вариациях. Картины, репрезентирующие ключевые события из истории Чувашии, хранятся в фондах ряда музеев и занимают достойное место на ниве российского искусства, отражая своеобразие чувашской национальной живописи советской эпохи.

Несмотря на возрастающий интерес к истории сундучного дела, в настоящее время остается множество лакун. Одной из них является сундучный промысел, который развивался в первой половине XX в. в Чебоксарском районе Чувашской АССР. Литература по его истории крайне скудна, встречаются лишь упоминания в выставочных и статистических изданиях. Цель настоящей статьи - общая характеристика сундучного промысла Чебоксарского района Чувашии. В круг задач входят ввод новых сведений в научный оборот и художественный анализ отдельных сундуков. Хронологические рамки исследования: первая половина XX в., это время расцвета чувашского сундучного дела. В статье приведена краткая информация по истории промысла конца XIX - начала XX в., рассмотрены конструкция и декоративное оформление сундуков. Особое внимание уделено связи их орнамента с другими видами народного искусства Чувашии, в частности, с узорным ткачеством и вышивкой. Чувашский сундучный промысел поставлен в контекст истории сундучного дела России. В результате исследования сделаны выводы, что деревни Чебоксарского района - один из местных центров русского сундучного производства; сундуки являются неотъемлемой частью чувашского народного искусства, и, вероятно, они имели отношение к обряду свадьбы; значительное воздействие на сложение художественного стиля чувашских сундуков оказали нижегородские и вятские ремесленные традиции. Выводы настоящей публикации могут быть использованы при составлении курса лекций по истории народного искусства Чувашии. Перспективы исследования видятся в изучении связей чувашского сундучного дела с другими центрами промысла.